Иногда из трагедии может выйти что-то полезное. Похоже, что после убийства Чарли Керка наша страна наконец может всерьез задуматься о некоторых насильственных экстремистских группах, существующих среди нас.

В среду президент Трамп заявил, что готов признать «Антифа» («больное, опасное, радикальное левое бедствие») «крупной террористической организацией». Этот шаг не может произойти слишком рано.

Несмотря на заявления Джимми Киммела и других, совершенно ясно, что больной молодой человек, убивший Чарли Керка на прошлой неделе, не был «республиканцем из MAGA». Он происходил из республиканской семьи, но свернул на радикально левый путь, стал жить с партнером, начавшим принимать гормональные препараты для смены пола, и признался, что выстрелил в Керка, потому что «устал от его ненависти» и потому что «некоторую ненависть нельзя преодолеть переговорами».

Пули, которыми он стрелял, были буквально выгравированы лозунгами «Антифа».

Конечно, если вы живёте в субкультуре Reddit-подобных онлайн-сообществ, то можно понять, как такое происходит. Молодые радикальные левые проводят дни в убежденности, что они живут в фашистском, белосупрематистском, трансфобном аду. Они убеждают себя, что люди с консервативными взглядами — это «буквально нацисты», а те, кто утверждает, что существует два биологических пола, «буквально совершают геноцид транс-людей».

Больной молодой убийца, который решил, что Чарли Керка нужно убить, олицетворяет целую экосистему, которой позволили распространиться в этой стране.
«Антифа» — это просто наиболее организованная и постоянно насильственная фронтовая группа.

В преддверии выборов 2020 года я провёл несколько дней под прикрытием с этой группой в Портланде, штат Орегон. Несмотря на ужасающие репортажи местных журналистов, ничто не подготовило меня к реальности.

Всего за несколько лет активисты «Антифа» сумели превратить некогда прекрасный город в ад третьего мира. По ночам они перекрывали дороги и маршировали по городу, крича на жителей и громя вещи. Они фактически создали автономные зоны, где господствовали правила «Антифа».

Когда они шли в своих «чёрных блоках», с лицами, закрытыми масками, они наиболее походили не на тех, против кого якобы выступают, а сами стали похожи на вымышленных фашистов. Они даже стреляли по предприятиям, которые обвиняли в принадлежности к MAGA.

Но если кто и напоминает сегодня «фашистов», так это те люди,которые одеваются в чёрное, закрывают лица и каждый вечер совершают насилие. Однажды ночью я присоединился к ним (в такой толпе легко слиться, когда все скрывают лица) у одного из немногих федеральных зданий, которое они ещё не закрыли. Это было местное учреждение Службы иммиграции и таможенного контроля (ICE). Я с изумлением наблюдал, как они бросали предметы в здание, оскорбляли федеральных агентов, пытались поджечь мусоровозы и блокировали ими двери учреждения в надежде сжечь федеральных агентов заживо.

Я видел беззаконие во многих странах. Но никогда, в стране первого мира, я не видел, чтобы группе людей позволяли терроризировать целый город ночь за ночью. Сотрудники ICE вели себя со сверхчеловеческим самообладанием.

Через несколько недель, в ночь выборов, я видел похожую группу на северной лужайке Белого дома: они переодевались в своё снаряжение, явно намереваясь спровоцировать насилие в Вашингтоне. Они пытались запугать меня и любого, кто проявлял интерес к их действиям.

Они вели себя так, будто улицы Вашингтона принадлежат им — так же, как безусловно принадлежали им улицы Портланда, Сиэттла и других американских городов.

Годами этим террористам позволяли безнаказанно нападать на федеральные здания. Им позволяли нападать на журналистов и отправлять их в больницы только за то, что те освещали их фашистские действия. Они ведут себя так, будто они неприкасаемы.

Конечно, на этом этапе многие — и справа, и слева — выдвинут ряд аргументов. Скажут, что признать «Антифа» террористической организацией невозможно, потому что это затрагивает их права, закреплённые Первой поправкой. Некоторые консерваторы будут утверждать, что по правилу «сапог на другой ноге» запрет «Антифа» станет злоупотреблением властью.

Но для того, чтобы разогнать «Антифа», вовсе не обязательно признавать её террористической. Демократические законодатели в прошлом (особенно при Обаме и Байдене) с готовностью расправлялись с правыми группами, такими как Proud Boys. Они даже разрушали консервативные семейные организации, используя Налоговую службу (IRS) и все прочие доступные им инструменты.

Почему бы не использовать власть государства против этих настоящих террористов — «Антифа»?
Есть все основания остановить эту группу. Способы можно обсуждать. Но как бы это ни делалось, если отвратительных экстремистов удастся остановить, это будет чистой выгодой для страны. И будет устранен один из самых ядовитых потоков в обществе.

Отвратительные теории заговора о Керке.
Говоря о яде, различные консервативные инфлюенсеры, такие как Такер Карлсон, решили использовать дни после убийства Керка, чтобы притворяться, будто убийство совершил кто-то другой. В частности, Карлсон и другие онлайн-инфлюенсеры в течение прошлой недели пытались внушить людям мысль, что Чарли Керка убили евреи.

Их «мотивация» такова: они говорят, что Керк — давний сторонник Израиля — якобы поворачивался против израильского правительства. Так что разумеется — это израильтяне его убили. Или, по крайней мере, у них «есть вопросы, на которые нужно ответить».

Естественно, никаких доказательств этому нет. Но «просто задавать вопросы» — любимый приём кликбейт-троллей с правого фланга.

Разве не отвратительно и не чудовищно использовать смерть друга, чтобы прикрыть настоящего убийцу? Кажется, для таких людей, как Карлсон, евреи стоят за всем. Именно 11 сентября этого года Карлсон собирался выпустить новый набор теорий заговора о евреях и 11 сентября.

Интересно, что Керк часто критиковал некоторые положения мусульманской веры. Но ни один из этих правых подкастеров ещё не сказал: «Это сделали мусульмане».

Возможно, у них нет такой же фиксации на мусульманах, как на евреях. А может, с этим связано катарское финансирование, которое сейчас льётся в американские информационные войны.