Для многих убийство Чарли Кёрка – это падение консервативного символа. Для меня – это утрата человека, который дал мне цель.

На протяжении 16 лет я не мог дочитать ни одной книги, терял концентрацию на каждом экзамене и покидал классы с ощущением поражения. Учителя считали меня ленивым, а одноклассники думали, что мне всё равно, хотя я изо всех сил старался наверстать упущенное.

В 2024 году, на втором курсе старшей школы, мне диагностировали синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Благодаря медикаментам и терапии я прочитал свою первую книгу и открыл для себя страсть к политике. Уже через год мои статьи публиковались в национальных СМИ.

Подкаст Кёрка не был похож ни на что из того, что я встречал в школе. Он требовал ясности в дебатах, поощрял открытое несогласие и объяснял сложные политические темы так, что это было понятно молодежи. В то время как лишь около 15% восьмиклассников разбираются в истории США, Кёрк заполнил этот пробел.

Я впервые встретил его на студенческом саммите Turning Point USA этим летом. Когда мы разговаривали, он узнал меня по моим статьям – невероятный момент для человека, который совсем недавно только начал читать и писать. Кёрк дал мне ощущение, что моя работа и мой голос имеют значение.

Позже, на том же мероприятии, мы снова поговорили, на этот раз о реформе образования. Я рассказал ему, как система оставила меня позади, и он ответил, что мой опыт отражает гораздо более глубокий кризис. В Нью-Йорке примерно половина учеников с третьего по восьмой класс не соответствуют ожидаемому уровню по чтению, а хроническая неявка на занятия затрагивает около 35% старшеклассников. Кёрк утверждал, что ученики терпят неудачи не из-за отсутствия способностей, а потому что система не вовлекает их.

Он не просто говорил о реформах, он создавал институты, чтобы сделать их возможными. Turning Point USA – одна из крупнейших консервативных студенческих организаций в стране. Он создал пространство, где молодые люди могли бросить вызов доминирующей идеологии в университетах и научиться защищать свои взгляды. Для таких студентов, как я, работа Кёрка дала возможность быть услышанными.

Недавно он пригласил меня выступить в Фениксе в декабре. Он дал мне эту возможность, потому что верил, что у молодых консерваторов должна быть платформа. Он хотел взрастить новое поколение лидеров.

Убийство Кёрка вызывает у меня множество тяжелых вопросов. В эти выходные я должен принять участие в митинге, где буду участвовать в открытых дебатах, организованных по формату, который он сам когда-то придумал. Для молодых консерваторов, стремящихся идти по его стопам, публичные выступления больше не кажутся безопасными в теории,  угроза стала реальной.

Но отказаться от этих дебатов, значит предать ту миссию, которую он построил. Кёрк был неоднозначной фигурой, и я не во всем с ним соглашался. Но никто не сможет отрицать его влияние на молодежь. Он дал шанс тем студентам, которых часто игнорировала образовательная система,  шанс говорить, учиться и верить в то, что они могут что-то изменить.