Я никогда не перестану удивляться, к чему мы привыкаем.

На днях, ковыляя по нью-йоркскому метро, я видел все привычные картины.

Прыгуны через турникеты, разумеется,  которые неизменно меня раздражают.
«Почему я единственный лох, который платит?» – вот мое обычное ощущение.
«Почему я фактически только что заплатил и за его поездку тоже?» — думаю я.

Но, возможно, эти люди просто неверно истолковали предвыборные обещания новоизбранного мэра Нью-Йорка Зохрана Мамдани и решили, что метро, как и автобусы, уже бесплатны.

Затем, конечно же, повсюду были бездомные, к которым я испытываю лишь глубокую печаль в отличие от тех, кто перепрыгивает через турникеты.

Это серьезнейшее обвинение обществу: в одном из самых богатых городов на Земле так много людей, которые в этот мороз пытаются найти хоть клочок сухой земли, чтобы считать его своим.

И, разумеется, есть еще безумные психически нездоровые люди и те, за кем каждый пассажир, кажется, внимательно следит, пока они орут в вагоне метро и грозят кулаками луне.

Это ненормально.

Ненормально, что ежедневная поездка на работу должна одновременно быть и ежедневным уроком ситуационной бдительности.
Но скрытая возможность насилия – это то, к чему мы, ньюйоркцы, уже привыкли.
А ведь это вовсе не обязательно.

Столичные улучшения

Несколько дней назад я побывал в Вашингтоне. 

Я помню, что раньше прибытие на вокзал Юнион-стейшн в столице страны было тревожным опытом.
Во время пандемии весь парк напротив вокзала, равно как и сам вокзал, превратился в один огромный лагерь бездомных, а повсюду развевались плакаты с протестами по бесчисленным поводам того времени.

Приезжать в столицу раньше было эмоционально некомфортно, а по ночам откровенно страшно.

Но как же все изменилось теперь.

С тех пор как президент Трамп решил навести порядок в Вашингтоне, результаты можно увидеть собственными глазами.

Ненавистники Трампа, разумеется, получили повод для ликования.
«Солдаты на улицах – признак фашизма» – такова была суть их аргументов. Как и всегда у них.

Будто бы город столь важный, как столица страны, не должен охраняться людьми в форме.

И все же уже с самого момента прибытия теперь заметны результаты жестких мер по борьбе с преступностью. 

В зале вокзала Юнион-стейшн струнное трио исполняет рождественскую музыку.
Никакие обезумевшие маньяки не орут на них и не пытаются вырвать у них смычки. Улицы выглядят чище, и в целом все пространство кажется более безопасным.
Честно говоря, мне, как ньюйоркцу, было странно идти по улицам, которые казались такими приятными и ощущались безопасными.

И это не иллюзия. Цифры говорят сами за себя.

Насильственные преступления в столице сократились на 50% по сравнению с теми же месяцами прошлого года.
Грабежи снизились почти в той же степени, а уровень убийств превратился из волны в тонкий ручеек.

Вынужденное признание

Даже ненавистникам Трампа приходится признавать, что это работает.
Давний житель Вашингтона Эндрю Салливан на этой неделе написал колонку-покаяние, в которой был вынужден «признаться».

Изначально негативно настроенный из-за трамповской «зачистки», Салливан признал, что, вернувшись недавно в город,  ему «пришлось проглотить свое ворчание. Город сразу показался другим: более спокойным, тихим и здравым».

Парк напротив его дома, как он сказал, раньше был настоящей свалкой с использованными иглами; теперь там царит тишина.
«Прошло уже 10 дней с момента приезда, а ко мне не пристал ни один бездомный с психическими проблемами на улице», – продолжил он, – «что раньше происходило ежедневно».

И вот в чем суть жесткой борьбы с преступностью. Она работает. Разумеется, это неудивительно.

Если вывести на улицы сотни солдат и сотрудников правоохранительных органов  и сделать их хорошо заметными, то, конечно, преступность снизится.
Преступник должен быть крайне психически нестабилен, а такие, к сожалению, есть,  чтобы совершить преступление прямо перед человеком в форме.

Те, кто любит изображать это как прелюдию к фашизму, могли бы задуматься на мгновение: возможно, это совсем другое – абсолютно необходимая реакция властей в  городах, вышедших из-под контроля.

А теперь вернемся к Нью-Йорку.

Как я писал на прошлой неделе, похоже, нас ждет настоящая буря в этом городе в ближайшие годы.
Избранный мэр назначил в свою переходную команду несколько человек, считающих, что  преступность  относительна, а тюрьмы – проблема.
Он решил советоваться с людьми, чей ход мышления привел к разгрому таких городов, как Нью-Йорк.

Как и многие ньюйоркцы, я помню, когда в этом городе все было иначе.
Я помню, как тридцать лет назад ночной Таймс-сквер был местом, где находиться было рискованно.

Сегодня там гуляют семьи, делают селфи на фоне знаменитых достопримечательностей и ведут себя так, как это  и должно быть, совершенно нормально.

Резкий контраст
Если сегодня достать телефон на улице в Лондоне, его, скорее всего, выхватят прямо из рук. Местные сразу же скажут спрятать телефон, как только вы его достанете.

Это потому, что полиция Лондона придерживается идеи, что за мелкие правонарушения не стоит наказывать, особенно когда речь идет о пожилых дамах, публикующих что-то в соцсетях, за что их следовало бы арестовать.

В результате город, который раньше был безопасен, пошел в противоположном направлении.

И в этом вся суть: в конечном счете, это вопрос выбора.
Президент выбрал сделать Вашингтон безопасным местом. И так оно сейчас и есть.

Наши будущие администраторы в Нью-Йорке смотрят на вещи иначе.
И я думаю, мы все знаем, чем это закончится.