Ну что ж, Нью-Йорк,  нас ждёт непростая поездка.
Хотя, полагаю, многие избиратели это понимали, когда в прошлом месяце голосовали за Зохрана Мамдани на пост мэра.

И всё же количество радикалов, которых он уже назначил, должно заставить ньюйоркцев нервно сглотнуть.

На этой неделе The Post опубликовала небрежно составленный, с ошибками написанный список членов переходной команды Зо.

Но лично меня не удивило бы, если бы штаб Мамдани намеренно допустил ошибки в именах своих назначенцев.
В конце концов, если написать их имена правильно, нетрудно понять, что многие люди, которые будут советовать мэру по вопросам правовой системы города, обладают довольно односторонней «экспертизой».

И эта сторона неправильная.
Традиционно экспертами в области уголовного правосудия, полиции и безопасности считаются люди, которые выступают против преступников.
А не те, чей опыт заключается в поддержке преступников или в том, чтобы быть ими.

Возьмём назначение Лумумбы Банделе в «Комитет по общественной организации» будущего мэра.
Помимо того, что он чёрный националист, Банделе провёл свою карьеру, поддерживая людей, убивавших полицейских в Нью-Йорке и Нью-Джерси.
Прекрасная новость для всех сотрудников NYPD, которые ежедневно рискуют жизнью в этом городе.

Защитники плохих парней

Затем идёт назначение Сариты Дафтари из группы под названием Freedom Agenda.
Эта организация описывает себя как «поддерживающую объединение людей и сообществ, напрямую затронутых лишением свободы, для снижения числа заключенных в тюрьмах и преобразования системы».

Иными словами, группа ведёт кампанию в интересах тех, кто совершает преступления, а не тех, кто от них страдает, и считает, что тюрьмы – это проблема преступности, а не её решение.

Наконец, и хуже всего,  назначение Майсонна Лайнена, рэпера, который отбывал семь лет в колонии штата за совершение вооружённых ограблений в 1990-х.
Теперь он войдёт в «комитет по криминально-правовой системе» в команде мэрского переходного периода, заявив в Instagram, что «мы строим что-то другое». Это уж точно.

Многие ньюйоркцы могут подумать, что всё это не имеет смысла.
Но в мире радикальной левой политики, в котором варится наш избранный мэр, это имеет полный смысл.
Потому что все эти назначения свидетельствуют не только о том, что Мамдани любит общаться с сомнительными людьми, что и так уже было известно.
Эти решения основаны на его давнишнем убеждении, что тюрьмы – это проблема, а их закрытие – решение.

Это та же логика, по которой он готов выслушивать советы человека, который избивал и грабил водителей такси, но не водителей такси, которых избивали и грабили.
Это имеет смысл только если понимать, на какие модели ориентируются Мамдани и его единомышленники-радикалы.

На вершине их списка «счастливых мест» стоит система правосудия, опробованная в Южной Африке. Эта система известна как «восстановительное правосудие».

Она возникла в постапартеидную эпоху, когда выдающиеся комиссии по истине и примирению помогли стране избежать бесконечной череды судебных процессов против людей, совершавших тяжкие преступления во время апартеида (апартеид – разделение людей по расовому признаку, разные права и законы для разных расовых категорий. В 1994 году апартеид был отменен – примеч.)

Новый, левый подход

Но под этим развился совершенно новый подход к преступлению и правосудию.
Заявляя, что он основан на традиционных местных африканских обычаях, совершенно неизбежно, что этот третьемировой вздор привлекает Мамдани и компанию.
Именно подобные тезисы отец Мамдани и другие долгие годы продвигали в американских университетах.

Эта система верований строится на идее, что уголовное правосудие в его привычном для нас понимании – это «белая» и, как вы уже догадались, «колониалистская» конструкция.
Согласно этому подходу, выявление преступников, их осуждение и отправка в тюрьму не решают «корневые причины» насилия, и для достижения справедливости нужны более древние, доколониальные традиции.

Здесь нужно отметить несколько вещей.
Во-первых, никакого золотого века справедливости до колониальной эпохи не существовало.

Большая часть Африки, включая Южную Африку, на протяжении веков управлялась системой правосудия, которая была настолько жестокой и произвольной, насколько это вообще возможно.
Идея о том, что заключение в тюрьму – это навязанная белыми людьми практика, вторгшаяся в некое прежнее райское общество,  чистая фантазия.

Африканские племена имели свои собственные способы вершить правосудие, и я бы удивился, если бы даже Зохран Мамдани и его сторонники поддержали некоторые из этих методов.

Но «восстановительное правосудие» не просто возлагает ответственность на белые, западные системы за процессы наказания и заключения, которые также называют «местью».
Оно утверждает, что для того, чтобы преодолеть такие «белые» системы, необходимо вовлекать в процесс как преступников, так и их жертв.
Это якобы должно «разорвать» цикл насилия.

Именно поэтому избранный мэр говорит о важности замены полицейских работниками служб психического здоровья.
Безусловно, городу и штату действительно нужны гораздо лучшие учреждения для помощи людям, главным образом наркопотребителям, с тяжёлыми психическими кризисами, которых мы видим на улицах каждый день.

Но превращение ситуаций, где должны работать полицейские, в случаи, которые контролируются медперсоналом, переворачивает всё с ног на голову.
Цель выявления, наказания и заключения в тюрьму людей, совершающих преступления, не в том, что кому-то нравится это делать.
И не в том, что это какая-то «белая» традиция.
А в том, что борьба с преступностью должна прежде всего защищать жертв и предотвращать появление новых.

Заключать в тюрьму опасных преступников вроде Майсонна Лайнена крайне важно, потому что это необходимо, чтобы предотвратить новые случаи, когда водителей такси в городе останавливают и жестоко грабят.

Ждите страданий

Но Мамдани и его новые назначенцы выберут совершенно другой подход.
И ожидайте, что весь город будет страдать из-за этого.

Почему я с уверенностью говорю, что мы будем страдать от такого подхода?
Ну, стоит лишь взглянуть на ту великую надежду Мамдани и компании – Южную Африку.

К сожалению, Южная Африка – одна из стран с самым высоким уровнем преступности в мире.
Я только что проверил рекомендации нашего Госдепартамента по поездкам туда: «Насильственные преступления распространены и включают ограбления, изнасилования, угоны автомобилей и нападения».
Среди других советов – «избегайте ходить в одиночку, особенно после наступления темноты».